Обзор СМИ

Дмитрий Медведев: глобальное потепление может привести к расширению сельхозплощадей

Изменение климата в России происходит в среднем в 2,5 раза быстрее, чем в мире

Необходимо учитывать угрозы изменения климата и предусмотреть меры по адаптации агроотрасли к этим процессам

Заместитель председателя Совета безопасности Дмитрий Медведев считает, что изменение климата может привести к чрезмерной засухе в ряде регионов. Это, в свою очередь, поспособствует увеличению площадей, пригодных для земледелия, но приводит к засухам на других территориях. Об этом он сказал в ходе совещания по вопросу «О мерах по обеспечению устойчивого развития аграрных отраслей экономики, в том числе с учетом климатических изменений», сообщает пресс-служба Совбеза.

По словам Медведева, потепление в России происходит в среднем в 2,5 раза быстрее, чем в мире. Зампред Совбеза считает, что для устойчивого развития аграрной сферы нужно объединить возможности федеральных и региональных органов власти, научных организаций, частного бизнеса и компаний с государственным участием. Также, по словам Медведева, необходимо учитывать угрозы изменения климата, предусмотреть меры по адаптации отрасли к этим процессам, поскольку ответы на климатические вызовы может дать лишь правильно выстроенная госполитика.

Необходимо ускорить внедрение новых сортов сельскохозяйственных культур и пород животных, в том числе адаптированных к изменениям климата. Для этого потребуются дополнительные меры по преодолению нашей зависимости от импорта генетического материала, а также лабораторного оборудования для ведения селекционных работ. Необходимо грамотно выстроить эту деятельность на всех уровнях — от научной разработки продуктов до их запуска в производство. Значительно сократить этот срок за счет использования более современных собственных технологий.

Медведев также отметил, что среднегодовые температуры повышаются во всех российских регионах, пишет ТАСС. В этой ситуации, по мнению Медведева, есть не только минусы, «но и, наверное, некоторые положительные моменты», например, расширение площадей, пригодных для земледелия. Минусы связаны с гораздо большей засушливостью на Северном Кавказе, на юге Сибири и в Поволжье. Медведев добавил, что кроме пожаров засуха серьезно влияет на развитие агропромышленного комплекса. По мнению политика, «крайне актуальным» решением климатических проблем остается развитие мелиорации, сообщает пресс-служба Совбеза. Медведев отметил, что без проведения соответствующих работ будет невозможно успешно бороться с деградацией земельных ресурсов, включая их эрозию, заболачивание и опустынивание.

Директор Института аграрных исследований Высшей школы экономики Евгения Серова ранее говорила «Агроинвестору», что в нашей стране для сельхозпроизводства используется, по разным оценкам, от 10% до 12% земли, и некоторые эксперты считают, что в связи с глобальным потеплением у России есть некие преимущества, так как она может осваивать не задействованные сегодня для аграрного производства земли в Западной Сибири. 

«Однако эту кажущуюся выгоду не стоит переоценивать, ведь при резком потеплении, если оно произойдет, в регионах, где традиционно производится сельхозпродукция — Кубань, Поволжье, Северный Кавказ, — производство, по крайней мере продуктивное, может оказаться затрудненным из-за участившихся засух и наводнений, — отмечала Серова. —  В Сибири же, на земли которой возлагаются надежды, нет ни достаточного количества персонала, так как там живет мало людей, ни аграрной инфраструктуры, ни навыков. Эту проблему можно разрешить, однако процесс потребует времени». 

Медведев также обратил внимание на важность перехода на «умное», экологичное сельское хозяйство, которое является частью «зеленой экономики». По его мнению, это позволит повысить конкурентоспособность и эффективность российского сектора АПК. При этом, по его словам, масштабная цифровизация отрасли потребует значительного внебюджетного финансирования, создания условий для привлечения частных инвестиций. «Также необходимо, чтобы наши аграрии и сельхозпроизводители, которые находятся в различных условиях, получали агроклиматические данные и прогнозные сценарии на системной основе, качественно, в срок, на современных носителях», — заключил Медведев.

Климатическая группа ООН (IPCC) ранее представила первый с 2013 года доклад о глобальном изменении климата Земли, и он оказался крайне неутешительным: климат претерпевает ускоренные изменения, каких не было сотни тысяч лет. Главный вывод доклада — средняя температура планеты продолжит расти, и даже самые радикальные сокращения выбросов углекислого газа не гарантируют достижения целей Парижского соглашения по климату — не допустить роста среднегодовой температуры на планете к 2100 году более чем на 2 °С от доиндустриального уровня и сделать все возможное для удержания потепления в пределах 1,5 °С.

Аналитики ОЭСР — ФАО в своем прогнозе обращают внимание на значительный вклад сельского хозяйства в изменение климата. Они ожидают, что в ближайшие десять лет прямые выбросы парниковых газов в агросекторе будут расти более низкими темпами, чем сельхозпроизводство. Тем не менее глобальные выбросы парниковых газов в сельском хозяйстве, по прогнозам, к 2030 году увеличатся на 4%.

https://www.agroinvestor.ru/analytics/news/36438-dmitriy-medvedev-globalnoe-poteplenie-mozhet-privesti-k-rasshireniyu-selkhozploshchadey/

Программу разработки российской селекционной техники запустят в ближайшее время

Минобрнауки РФ договорилось с Минпромторгом РФ о запуске в ближайшее время в России программы разработки отечественной селекционной сельскохозяйственной техники, сообщил в четверг журналистам в Новосибирске глава Минобрнауки Валерий Фальков по итогам посещения Сибирского центра агробиотехнологий.

Министр пояснил, что сельскохозяйственная техника — ахиллесова пята в развитии всех российских НИИ сельхозпрофиля. В этом году министерство договорилось с Минсельхозом РФ, с Россельхозбанком, в итоге была запущена программа долгосрочного лизинга, когда научные институты могут по сниженной стоимости закупать новую сельхозтехнику.

«Вторая программа, то, о чем мы договорились с Минпромторгом и запускаем в самое ближайшее время, – программа разработки отечественной селекционной техники… Мы договорились, что наш всероссийский институт механизации (ВИМ), подведомственное учреждение Минобрнауки, запустит целую программу при нашей поддержке. В ближайшие несколько лет мы получим собственную линейку селекционной техники», — сказал Фальков.

Он пояснил, что есть просто сельскохозяйственная техника для промышленных масштабов, а есть уникальные образцы селекционной техники, с которой надо работать в полях. Этой техники, по его словам, во-первых нет в необходимом количестве. В основном она работает в лабораториях, либо в последние годы была зарубежная.

«Во-вторых, давно уже к этому вопросу мы подступались», — добавил он.

https://agrovesti.net/news/indst/programmu-razrabotki-rossijskoj-selektsionnoj-tekhniki-zapustyat-v-blizhajshee-vremya.html

Экспертная комиссия включит подсолнечник, виноград и малину в Госреестр

Сегодня, 26 августа 2021 года, в режиме вкс состоялось заседание Экспертной комиссии по внесению изменений в Государственный реестр селекционных достижений по некоторым сельскохозяйственным культурам под руководством председателя ФГБУ «Госсорткомиссия» М. Ю. Александрова.   

В работе комиссии, наряду с ее членами, также приняли участие представители научного сообщества. 

ФГБУ «Россельхозцентр» в комиссии представляла начальник отдела услуг в области семеноводства О.В. Андросова.

Как было обозначено повесткой дня, для включения в Госреестр селекционных достижений представлены 3 родительских компонента подсолнечника, 22 сорта винограда и по 1 сорту малины и ежевики. 

По каждому сорту были представлены данные и результаты испытаний для голосования «за» или «против» по определённой процедуре, заданы вопросы и даны пояснения.  Отмечена необходимость совершенствования методики оценки сортов сельскохозяйственных культур.

По результатам голосований сорта, показавшие лучшие результаты, будут включены в Государственный реестр селекционных достижений, допущенных к использованию на территории РФ.

https://www.rosselhoscenter.com/index.php/regions/central/875-moskva/novosti/30097-rossiya-narashchivaet-eksport-produktsii-apk-s-vysokoj-stepenyu-pererabotki

День поля «Щёлково Агрохим» и ВНИИМК: российская селекция уверенно встаёт на ноги

В Краснодарском крае прошло очередное совместное мероприятие компании «Щёлково Агрохим» и ФГБНУ «ФНЦ ВНИИ масличных культур им. В. С. Пустовойта». Оно состоялось на полях ФГБУ «Опытная станция Урупская», где гостей научно-практического праздника встречали с настоящим «щёлковским» размахом: с угощением и праздничной программой.

На официальной церемонии открытия Дня поля его участников приветствовал Владимир Бекетов – член Совета Федерации России от Законодательного собрания Краснодарского края. Он отметил необходимость интенсивного развития отечественной селекции как залога продовольственной безопасности страны. А также обратил внимание на проблему дефицита кадров в сельском хозяйстве. По словам сенатора, кубанские земледельцы должны совместно с вузами воспитывать будущих агрономов и семеноводов, увеличивая не только багаж теоретических знаний, но и сферу практических компетенций.

Во время пленарной части генеральный директор «Щёлково Агрохим», академик РАН Салис Каракотов более подробно остановился на теме селекции российских гибридов сахарной свёклы и перспективах развития отрасли в целом. А консультанты Краснодарского представительства компании презентовали аграриям новейшие препараты для защиты растений и листового питания различных сельхозкультур.

После открытия Дня поля участники мероприятия отправились на делянки, где их ожидали не только подсолнечник и соя, но и сахарная свёкла. Аграриям, учёным и представителям власти представили новейшие достижения российской селекции. Так, специалисты компании «Щёлково Агрохим» познакомили их с линейкой сахарной свёклы, созданной в стенах селекционно-генетического центра «СоюзСемСвёкла». Замеры дигестии, сделанные непосредственно в поле, показали по отдельным гибридам сахаристость корнеплодов 16%. И это – с учётом, что копка данных гибридов ещё не началась, а значит, показатели дигестии будут только расти!

В свою очередь, научные сотрудники ВНИИМК рассказали о современных гибридах подсолнечника и сортах сои. Широкий ассортимент позволяет выбрать продукты, демонстрирующие высокие результаты в разных регионах страны. Владимир Бекетов высоко оценил работу «Щёлково Агрохим» и ВНИИМКа на поприще развития отечественной селекции и семеноводства, отметив, что благодаря таким организациям российская селекция уверенно встаёт на ноги. Кроме того, сенатор заявил: нашей стране необходимо двигаться именно в этом направлении, усиливая присутствие отечественной науки на рынке сортов и гибридов сельхозкультур.

Завершилось мероприятие праздничной программой, конкурсами, викторинами и, конечно же, живым, продуктивным общением.

https://betaren.ru/news/den-polya-shchyelkovo-agrokhim-i-vniimk-rossiyskaya-selektsiya-uverenno-vstayet-na-nogi/

Современные сорта картофеля улучшают с помощью диких генов

Ученые ФИЦ «Институт цитологии и генетики СО РАН», ФИЦ «Всероссийский институт генетических ресурсов растений им. Н. И. Вавилова» и Всероссийского научно-исследовательского института защиты растений (Санкт-Петербург) придумали, как сделать сельскохозяйственные растения более устойчивыми к заболеваниям и климатическим стрессам. Для этого нужно использовать гены их диких собратьев, сообщает научный журнал «Наука в Сибири».

Как рассказывает заведующий лабораторией эволюционной биоинформатики и теоретической генетики ФИЦ «Институт цитологии и генетики СО РАН» Дмитрий Афонников, практически все современные сельскохозяйственные растения получены в процессе тысячелетней селекции, которая была направлена на отбор небольшого количества признаков. В результате современные культурные растения потеряли разнообразие генов, которые есть в дикой природе, включая гены устойчивости к заболеваниям и климатическим стрессам.

Генетики ФИЦ «Институт цитологии и генетики СО РАН» изучают биологическое разнообразие генотипов диких родичей современных культурных растений, чтобы выявить разнообразие этих генов, создают и описывают биологические коллекции. Предполагается, что обнаруженные гены устойчивости с помощью современных технологий редактирования можно будет внедрить в известные сорта.

Такая работа основана на технологиях фенотипирования, секвенирования, генотипирования и сопоставления данных генотипов. Часть из этих методов развиваются в ФИЦ ИЦиГ СО РАН. Так, ученые собрали в базу данных все существующие транскриптомы пяти сельскохозяйственных растений и сравнили их с известными геномами. Их интересовала та часть, которая отсутствовала в последних. Ее назвали черной частью транскриптомы. Данный геном содержит порядка четырех миллионов последовательностей. Кроме того, именно в этой части содержатся гены, связанные с устойчивостью к заболеваниям и стрессам. 

«Мы сравнили транскриптомы пяти фенотипов картофеля и одного дикого типа и обнаружили в них более 600 новых транскриптов, ассоциированных с генами устойчивости к патогенам. Классифицировали на разные типы и нашли такие, у которых количество генов устойчивости больше, чем в известном секвенированном геноме картофеля. Фактически мы дополнили репертуар генов устойчивости, который можно использовать в дальнейшем для селекции картофеля».

Дмитрий Афонников — заведующий лабораторией эволюционной биоинформатики и теоретической генетики ФИЦ «Институт цитологии и генетики СО РАН»

https://glavagronom.ru/news/sovremennye-sorta-kartofelya-uluchshayut-s-pomoshchyu-dikih-genov

Новое семеноводческое хозяйство появится в Хабаровском крае

Первое семеноводческое хозяйство по выращиванию картофеля появится в Хабаровском районе. Об этом сообщает официальный сайт Правительства края.

На данный момент сельхозпредприятия Хабаровского края готовятся к уборке картофеля. В нынешнем году этой культурой засажено более 7 тыс. га.

Фермер из Хабаровского района Евгений Киселев занимается выращиванием картофеля элитных сортов. Специалисты ФГБУ «Россельхозцентр» по Хабаровскому краю и Еврейской автономной области уже провели первую апробацию сортовых посадок. Сейчас глава КФХ оформляет документы для регистрации семеноводческого хозяйства, после чего планирует подать заявку на краевую субсидию.

Поля хозяйства Евгения Киселева площадью 36 га расположены в Корсаковском сельском поселении Хабаровского района. Здесь он выращивает капусту, помидоры, морковь, бахчевые и картофель. В этом году фермер увеличил посевные площади в два раза, 3 га из которых отвел под картофель элитных сортов «Адретта», «Зекура», а также ранние «Миа», «Коломбо», «Джувел» и др.

«Создание семеноводческого хозяйства очень актуально на сегодняшний день в связи с ежегодной нехваткой семенного картофеля и отсутствием в регионе профильных организаций. Министерство, в свою очередь, готово оказывать несколько видов поддержки в виде субсидии, в том числе на элитное семеноводство. При этом для посевных площадей, занятых картофелем, устанавливается повышающий коэффициент, равный 15, что дает возможность получить субсидию в большем объеме. В этом году в краевом бюджете на эти цели предусмотрено 13,7 млн руб. На сегодняшний день ведется прием заявок от сельхозтоваропроизводителей».

Сергей Васильев — начальник управления по развитию агропромышленного комплекса и племенной работы Минсельхозпрода Хабаровского края

В Хабаровском крае потребность в картофеле составляет около 150 тыс. т в год. В этом году в хозяйствах всех категорий посажено 7 тыс. га картофеля, что соответствует уровню 2020 г. По предварительным прогнозам, урожай картофеля составит около 100 тыс. т, из которых 12 тыс. т придется на долю сельхозпроизводителей и КФХ. Этот показатель в два раза выше, чем в 2020 г.

https://glavagronom.ru/news/novoe-semenovodcheskoe-hozyaystvo-poyavitsya-v-habarovskom-krae

Почему цены в российских магазинах постоянно растут и когда это закончится — рассказывает фермер Василий Мельниченко

Россиянам, кажется, уже нужно привыкнуть к перманентному росту цен на продукты. Подчас — многократному. С прошлого года друг за другом резко дорожали имбирь (в 10 раз), сахар, подсолнечное масло, яйца, морковь (в июле ее стоимость доходила до 150 рублей за килограмм), свекла. А теперь уральские фермеры заявляют о неурожае картошки. По данным аграриев, потери урожая составят 35–40%, и это неизбежно скажется на ценниках.

Фермер-овощевод, сопредседатель общественного движения «Федеральный сельсовет» Василий Мельниченко рассказывает, насколько подорожает картошка, почему неурожаи в РФ связаны с политикой государства и почему в наших магазинах цены растут намного быстрее, чем в Европе и США.

Василий Мельниченко — директор сельхозпредприятия «Галкинское», находящегося в Свердловской области. В сельском хозяйстве работает более 30 лет. Выращивает овощи, зерно. Является сопредседателем общественного движения «Федеральный сельсовет», которое отстаивает права сельхозработников и развитие российского села.

— Василий Александрович, новости с полей. Потеряли 35–40% картофеля в этом году. Ждет ли нас теперь дефицит картошки и вырастет ли на нее цена?

— Цена вырастет в любом случае. Даже если урожай будет в разы выше ожидаемого. Мы могли это наблюдать в урожайные 2015–2016 годы, когда цены все равно росли. Потому что в РФ речь не идет о рыночных механизмах ценообразования.

Вот в прошлом году выросли цены на сахар с 26 до 42 рублей за килограмм. Производители объясняли это неурожаем сахарной свеклы, хотя Союз сахаропроизводителей в это же время заявлял, что дефицита сахара в стране не будет. А когда правительство попыталось заморозить цены, производители заявили, что такие меры могут привести к их разорению. И что в итоге? Цена на сахар заморожена на уровне даже не 42, а 46 рублей за килограмм, и прибыль «Русагро», крупнейшего производителя сахара, за первое полугодие 2021 года на 85% выше, чем за аналогичный период 2020-го.

И такое положение дел фактически выгодно правительству: чем больше россияне платят за продукты питания, тем больше налогов дают торговые сети и тем больше бедных людей в стране.

В 2014 году, когда давали старт импортозамещению, из карманов людей выкачали дополнительные три триллиона рублей только за счет роста цен. Думаю, все помнят этот рост.

Что касается картошки, то неурожай действительно есть. Он бывает каждые три-четыре года, когда мы получаем 10–15 тонн картофеля с гектара вместо ожидаемых 25–30. И дело не только в жаре и засухе. Мы просто технически плохо оснащены. В 1985–1986 годах в селе Галкинское, где я живу, государство сделало систему мелиорации — 400 гектаров поливных земель. Сейчас ее уже нет. Обычному фермеру сделать такую систему не по карману, а нынешнее государство в подобные проекты не вкладывается. Так мы теряем урожай из-за жары. Кроме того, мы не успеваем этот урожай убирать, особенно в дождливый период. Если в Германии или Нидерландах на тысячу гектаров посевных земель приходится 200 тракторов, то у нас всего три. Поэтому в РФ очень длительный период уборки: 35–40 дней. А при нашей погоде часто случается так, что ты убрал 20% урожая, затем начались дожди и холода и значительная часть всходов просто пропала. Я в 2014 году посадил 177 гектаров овощей, и 137 из них у меня ушли под снег. Весь сентябрь шли дожди и на поле невозможно было зайти, а дальше начались морозы.

Дефицита картошки не будет: мы и так производим ее в недостаточном количестве — 22–25 млн тонн в год при потребности в 35–40 миллионов. Разницу покрываем за счет импорта. Просто теперь импортной картошки станет больше. Цена вырастет и на импортный, и на отечественный картофель.

— На сколько может подняться стоимость?

— А она уже поднимается. Ну, считайте так: максимальная себестоимость килограмма картофеля — 10 рублей. Доставка и фасовка — примерно 5. И давайте дадим торговую наценку 40% от 15 рублей — 6 рублей. То есть продавать ее в среднем нужно по 21 рублю за килограмм. Цена примерно такой и была в прошлом году. А что сейчас? Уже во многих магазинах цена на картофель больше 60 рублей за килограмм, а местами доходит и до 100. Я думаю, что после 100 будет какой-то откат, но к 21 рублю за килограмм картошка уже никак не вернется, даже в самый урожайный год. У нас всегда так было с ценами: два шага вперед, один назад.

Как я уже говорил на примере сахара, государство у нас не столько сдерживает, а иногда даже и стимулирует рост цен. Заморозили-то не на уровне 26 рублей и даже не 42, а на уровне 46 рублей за килограмм.

— Почему так? Ведь для государства снижение цен выгодно политически: ниже цены — спокойнее население.

— Потому что чем меньше у людей денег, тем с большей благодарностью они примут выплату в 10 000 рублей.

Мы из истории видим, что один из главных страхов человечества — это голод. Контроль голода — очень эффективный инструмент для управления обществом.

В РФ сейчас все производство еды будет концентрироваться в руках трех десятков игроков. Мы видим это на примере агрохолдингов, когда тысячи частных фермерских хозяйств замещаются агрокомплексом Ткачева, «Мираторгом» и другими. Когда крупный холдинг заходит в регион и строит, допустим, свинокомплекс, всех свиней в частных хозяйствах убивают — под предлогом, например, эпидемий (случаи, когда вспышки африканской чумы свиней совпадали с приходом на рынок крупных игроков либо когда в период эпидемии скот оставляли только в холдингах, действительно фиксировались в Белгородской, Воронежской, Омской, Новосибирской областях. — И. Ж.). Впоследствии монополизация позволяет устанавливать произвольные цены на еду. Отсюда и морковь по 100 рублей.

Мы и так едим меньше, чем рекомендовано ООН. Я анализировал ситуацию с молоком. Норма, утвержденная Россией, — 325 литров в год на душу населения. Норма ООН — 375 литров, по этой норме работают Штаты, Финляндия и другие развитые страны. При этом мы недопроизводим 16 млн тонн молока в год. У нас всего 8 млн коров. В Штатах — 26 млн коров только дойного стада, а вместе с мясным — 96 миллионов. Ирландия производит 2 тонны молока на душу населения, а продает сельхозпродукции на 17 млрд евро в год. 

А РФ производит продукции всего на 80 млрд долларов, экспортируя при этом на 30 миллиардов. Хотя Ирландия по площади — как Ленинградская область. Стыдно сравнивать Россию с Голландией, где производят сельхозпродукции на 150 миллиардов, а на экспорт продают больше чем на 100 млрд ежегодно. При этом мы продаем так, что у самих либо нехватка продукции, либо заоблачные цены.

— Вы говорите о нехватке продукции. Конечно, бывает, что ряд продуктов питания отсутствует в небольших магазинах или в магазинах малых населенных пунктов. Но ведь есть же доктрина продовольственной безопасности, которая ограничивает процент сельхозпродукции для экспорта, чтобы внутри страны не было дефицита.

— Да, только эта доктрина имитационная. Она исполняется так же, как указы президента или Конституция. При этом к ней есть и ряд содержательных вопросов. Во-первых, показатели потребности в еде в доктрине указаны ниже реальных. Как я уже говорил, в доктрине заложена норма в 325 кг (реальное потребление на уровне 265 кг) вместо 365 кг среднего потребления в Европе, а в Новой Зеландии и вовсе 600 кг в год на душу населения. Во-вторых, в доктрине совершенно отсутствует понятие качества продукции. Количество прописали, а качество — нет. Потому что, например, у нашего мяса очень низкая категория. Мы же действительно кормим животных антибиотиками и гормонами роста. Наши свиньи растут на комплексах 90 дней и набирают за это время 100 килограммов. Но природу не обманешь: чтобы набрать такой вес, нужно как минимум 180 дней.

В Польше — другой подход к сельскому хозяйству. Фамильная продукция. Там 2 миллиона фермеров, а у нас — числится 175 тысяч, а реально работают всего около 100 тысяч. Каждый польский фермер заинтересован, чтобы покупали его продукт, и для этого он должен быть лучшим. Мелких фермеров там стимулируют объединяться в кооперативы, это позволяет наладить не только производство, но и переработку. Все фермеры — члены кооперативов с объемом производства до 1,2 миллиона евро в год освобождаются от всех налогов и всех видов отчетности.

— И что от этого получает государство?

— Ту самую продовольственную безопасность. Постоянное наличие качественных и недорогих продуктов. Польша еще и экспортирует сельхозпродукцию на 40 млрд евро в год.

— То есть на большую сумму, чем Россия.

— Увы. Мы продаем всего на 30 миллиардов, и нашу продукцию развитые страны не хотят покупать — качество низкое. В основном мы продаем бедным странам третьего мира.

— Что нужно сделать, чтобы наши сельхозпродукты стали конкурентоспособными?

— Развивать фермерские хозяйства, стимулировать увеличение количества людей, занятых в сельском хозяйстве. Нужно организовывать обучение, по итогам которого человек, разобравшийся, как и что делать, имеющий четкие планы, будет получать помощь в организации своего дела.

Допустим, кто-то захотел разводить стадо крупного рогатого скота на мясо. Чтобы получать прибыль, ему нужно минимум 700 гектаров земли — порядка 5 га на голову.

— Это очень много.

— Почему много? Вы где корма возьмете? И у нас что, мало пустующих земель? Миллионы гектаров… Так вот. Муниципальная земля такому человеку предоставляется в аренду. Для аренды, как и для других нужд сельского хозяйства, должны быть займы под 0,2–3%. И гранты. Потому что иначе не вытянешь. В качестве гаранта твоей платежеспособности может выступать специальный фонд или инженерно-технологический центр, специалисты которого впоследствии выступят и консультантами: подскажут, как кормить, как пасти. Они же тоже заинтересованы в твоем успехе.

Потом наступает следующий этап, когда государство предлагает вам с другими фермерами объединиться в кооператив. 

Это позволит создать вашими совместными усилиями, например, мясоперерабатывающий завод. Чтобы вас стимулировать к объединению, из бюджета в качестве гранта выделяется 70 млн рублей. Для хорошего цеха это мало, но можно получить кредит на все тех же льготных условиях. Вы объединяетесь, увеличиваете свою прибыль за счет перерабатывающего завода, возвращаете кредит и начинаете поставлять на внутренний и внешний рынки качественную и конкурентоспособную продукцию.

Что касается технического оснащения, то нужно увеличивать финансирование «Росагролизинга». Сейчас оно составляет порядка 200 млрд рублей в год, а для удовлетворения нужд сельхозпредприятий нужен минимум триллион. Коммерческие кредиты фермерам недоступны, но брать технику в лизинг мы можем. По подсчетам экспертов, российским фермерам нужно 160 тысяч тракторов. Нам нужно 60–70 тысяч комбайнов разной мощности. И, в конце концов, нужно 30–40 тысяч малых заводов. В каждом районе должен быть завод молокопереработки, зернопереработки, овощепереработки, переработки технических культур. Заводы появятся вслед за привлечением людей, а люди пойдут в сельское хозяйство, когда увидят, что доступны техника, земля и деньги на развитие.

Я сейчас рассказал схему Польши и передовых западных стран.

Только в Польше еще и российские удобрения стоят на 20% дешевле, чем наши же удобрения у нас. Серьезно: произведенные у нас в стране удобрения в Польше — дешевле.

Я заплатил в 2021 году за них 36 000 рублей за тонну, а польские коллеги — меньше.

— Почему?

— Ну это делается, чтобы русские крестьяне не работали, другого объяснения у меня нет.

— Но сейчас ведь государство тоже поддерживает сельхозпроизводителей. Есть гранты…

— Да, Минсельхоз дает три миллиона рублей [на открытие хозяйства], но это ловушка. Три миллиона — это пять коров, сарай и трактор, да и то не хватит. А для нормального функционирования молочной фермы нужно минимум 50 коров дойного стада. В итоге все оборачивается против грантополучателей. Потому что к ним спустя три года приходит комиссия и спрашивает: «Ну что, развернули хозяйство?» А как на пяти коровах можно развернуть хозяйство? Конечно, ничего не получается. А дальше возбуждаются уголовные дела о нецелевом использовании выделенных средств.

В Кемеровскую область я выезжал два года назад: там тогда против 24 из 26 фермеров, получивших гранты, были возбуждены уголовные дела. По небольшой части удалось уладить вопросы, уладить после разговоров с губернатором и ФСБ. Однако многих не смогли защитить, а это значит, что стало еще меньше желающих работать в сельском хозяйстве. Алтайский край — такая же ситуация, там по всему краю 300 фермеров. Я приехал, говорю им: «Мужики, вы чего миритесь с этим?» А они: «Ну условно же дали, не посадили, а могли и посадить…» Я говорю: «Пишите сейчас губернатору письма, что вы такие-то, у вас случилась такая беда, что ваши коровы попали в такую ситуацию, и что они, коровы, виноваты во всем. И вы, чтобы каким-то образом отомстить коровам, решили всех коров сдать на мясокомбинат. Только напишите все триста. Назначайте, образно, день сдачи коров, берите машины, а я вам организую телевидение, прессу, и в этот момент мы снимаем, как вы везете коров на мясокомбинат. И везде напишем, что весь Алтай сдает скот. Конечно, губернатор вызовет всех этих проверяющих и скажет: «Никаких проверок, ничего, вопрос надо как-то решить, давайте отменим это».

— То есть программа Минсельхоза — это программа поддержки силовиков?

— Ну не только программа Минсельхоза, их и так очень хорошо поддерживают. Я озвучивал, что 1,4% российского бюджета тратится на развитие села, 7% тратится на управление государством, то есть на содержание чиновников, а 11% бюджета идет на силовые структуры, и это без армии. 

И мы все знаем, что если вдруг случайно прийти домой к какому-нибудь главе района, то можно у него запнуться за какую-нибудь кастрюлю или коробку, где до 5 млн рублей налички.

Если вы зайдете к начальнику полиции, образно говоря, какого-нибудь района, то у него в кастрюлях или ведрах лежит 500 млн налички. Если вы будете дома у какого-нибудь губернатора, то случайно можете увидеть просто не убранные с подоконника деньги, такие же 500 миллионов. Эти деньги — все с того самого бюджета, бюджета Российской Федерации, других денег в РФ нет. Это деньги с нефти, газа и всего того, что добыли и продали. Я почему говорю, что у всех чиновников много денег? В 1980-е годы Советский Союз продавал 120 млн тонн нефти за рубеж. Если взять, например, мое село Галкинское, то за шесть лет, с 1980 по 1986 год, государство на нынешние деньги вложило примерно 4 миллиарда рублей с тех нефтяных доходов. И построило в селе очистительный комплекс, новые хранилища, новые гаражи, плотину, жилье и школу. Сейчас РФ продает 260 млн тонн нефти, а денег ни сельскому хозяйству, ни селу моему ни рубля не дают.

— И что, мы единственная страна, где растут цены?

— Эта тенденция [из развитых стран] только в России. Мировые цены на продовольствие немножко поднялись в этом году — на 3%. Считается, что в связи с пандемией. В Штатах и Европе цены подросли на 2–3%, а в Польше, например, цены не поднялись ни на хлеб, ни на овощи. Ни на один евроцент. Все потому, что в Польше 2 миллиона фермеров, а у нас — 100 тысяч. И вдобавок нехватка техники, отсутствие стимулирования со стороны государства, агрохолдинги-монополисты — все как я сказал. Села наши ликвидируют, за последние 20 лет уже перестали существовать 32 000 населенных пунктов, а до 2026 года исчезнет еще 75 000 населенных пунктов. Крестьян — людей, работающих в сельском хозяйстве — осталось 1,3 миллиона человек, а в 2000 году было 9,5 миллиона.

Так что ждать недорогих и качественных продуктов нам не откуда и не от кого.

https://agrarii.com/pochemu-tseny-v-rossiyskih-magazinah-postoyanno-rastut-i-kogda-eto-zakonchitsya-rasskazyvaet-fermer-vasiliy-melnichenko/